Русская премия

На необычных держится небо

29.04.2011 г. Ведомости

Майя Кучерская

Марина Палей блестяще дебютировала с повестью «Евгеша и Аннушка» в 1990-м. В 1995-м она переехала из родного Петербурга в Нидерланды, где и живет, по-прежнему сочиняя прозу. Хотя в последнее время — особенно активно и стихи. Жюри «Русской Премии», созданной для награждения русскоязычных писателей по всему миру (ее официальный партнер — Центр Бориса Ельцина), наградило роман-притчу Марины Палей «Хор».

 

«Хор» — необычайно сильное, безупречное по тонкости психологической нюансировки и стилистической выверенности повествование о трагическом непонимании друг друга. Голландец Андерс спас свою будущую жену, уроженку русского Полесья, из ада Второй мировой войны, но не сумел преодолеть ада семейной жизни с женщиной из другой культуры.

 

Марина Палей не смогла приехать на церемонию в Москву из-за внезапной болезни, но «Ведомостям» все же удалось взять у нее эксклюзивное интервью.

 

— В «Хоре» постоянно всплывает тема перевода, переводимости. Одна культура все же непереводима на язык другой? Стена между ними и нами, которую ощущает Андерс, неодолима?
— Спасибо, Майя. Вы нашли смысловой ключ к обзору одной из сторон «Хора». Да, я считаю, что одна культура непереводима на язык другой. Однако в романе «Хор», на мой взгляд, главный акцент не ставится на межнациональном барьере как таковом. Для меня «стена между культурами» — это всего лишь частный вариант непреодолимой стены между человеком и человеком. Предвечной стены взаимного, экзистенциального отчуждения — между двумя сознаниями, даже между двумя сердцами.

 

— Вы довольно язвительно описываете жизнь обычных голландцев, их семейные обеды, упорядоченный быт — в чем источник такого глубокого раздражения и иронии?
— Иронии в романе «Хор», по-моему, нет. Есть сарказм, яд — притом, я надеюсь, в химически чистом виде. «Обычный голландец»… В смысле «простой человек», да? Это определение (архаичный, но до сих пор безотказный рычаг политических спекуляций) я бы свела в своем ответе к очень конкретному типу бюргера. Вряд ли обыватель и художник бывают, мягко говоря, в восторге друг от друга. У меня в романе простые голландцы омерзительны не тем, что тупы, а тем, что бессердечны. Они тупы именно сердцем, которое у них не более чем мясной орган. Главный герой Андерс шаг за шагом проходит семь кругов ада: друг — брат — сестра — учитель — врач — священник — мать. И ни одно из этих адских воплощений (в миру это простые и, разумеется, набожные члены общества), ни один из тех, к кому погибающий Андерс обращается за советом, даже мизинцем не шевелит, чтобы его поддержать. Потому что в бюргерском мирке, который я описываю, любви категорически нет. Не верите? Почитайте Эриха Фромма

 

— То есть это не раздражение, это ужас перед человеком толпы?
— У современного писателя не может не быть хтонического ужаса перед человеком толпы, перед зловещей сутью самой толпы, массы. Он не может не видеть в стадном — обычном — человеке самое опасное существо на земле. На «обычных людях», как они с самодовольной тупостью изволят повторять, «земля держится». Вот то-то и безнадежно, добавлю от себя. Зато на «необычных» держится небо! Моим персонажем может быть кто угодно, но любимым персонажем — только человек исключительных свойств. В определенном смысле он врожденный воин, бунтарь. Это не значит, что он то и дело лезет на баррикады, — это, кстати, типичное занятие именно «обычных» в их «краткой мятежной юности». Это значит, что он способен честно и внятно признать свое тотальное поражение, а в этом и состоит, на мой взгляд, абсолютная непобедимость человеческого духа. И это открытое признание в виде даже самоубийства есть, разумеется, нечто прямо обратное так называемому «христианскому смирению».

 

— Ну, я бы сказала, что смирение как раз и требует предельной силы духа, но не рискну продолжать дискуссию, лучше спрошу другое: живя в чужой языковой среде, как и где вы подпитываетесь русским духом и языком?
— Насчет языковых трудностей в неродной среде — это скучный, заношенный, механически тиражируемый миф. Чужие языковые среды освежают, дисциплинируют, дарят вам по-детски будоражащее чувство подпольщика, террориста, героя нуара — вообще говоря, преступника, за которым гоняется весь Интерпол. А подпитка мне не нужна. В корпусе моих чувств напрочь отсутствуют пробоины, через которые вытекало бы мое прошлое. Я не страдаю болезнью Альцгеймера. У меня отличная память. Все перечисленное напрямую связано с судьбой родного языка за границей. А новые словечки узнаю, как большинство современных людей, из интернетных угодий, скайпа, форумов, чатов, книжек, журналов, кино.

 

— В последнее время вы бывали в России после многолетней паузы. Что в ней изменилось? Что-то стало лучше по сравнению с началом 1990-х или все только хуже?
— Генерация одних прохиндеев сменилась другой. Деньги перекочевали из одних карманов в другие. То есть в целом, как это ни тривиально звучит, ничего не изменилось. Но мой эгоизм самым бесстыдным образом рад этой неизменности. Ведь я получаю, по сути, невозможное: возвращение в мое детство и юность. И вот на поверхности вещей кое-что может выглядеть слегка иначе: была, условно говоря, булочная, а теперь — сауна. Но, в сути, в самой основе своей, как говорила героиня моей питерской повести, Аннушка, это те же портки, только гашником наружу.

 

07.12.2017
Рецензия Андрея Кузечкина на книгу Александра Гадоля
подробнее…

15.11.2017
Интервью с Михаилом Гиголашвили
подробнее…

13.11.2017
Татьяна Дагович о книге Александра Гадоля «Режиссёр. Инструкция освобождения»
подробнее…

25.10.2017
Лиза Хейден о книге Александра Гадоля «Режиссёр: инструкция освобождения» (М.: Эксмо – 2017)
подробнее…

14.03.2017
Антропология тюрьмы, свободы и страны
подробнее…

23.01.2017
Ольга Бугославская. УГРОЗА ЦУНАМИ. О книге: Валерий Бочков. Коронация Зверя
подробнее…

18.01.2017
Александр Кабанов: «Любовь — это зрада и перемога»
подробнее…

18.01.2017
Киевский литературный критик Юрий Володарский — о дерусификации Украины, проспекте Бандеры и писателях Донбасса
подробнее…

16.01.2017
Что почитать из лауреатов Премии Э. Хемингуэя?
подробнее…

15.12.2016
Илья ОДЕГОВ: «ЧИТАЛ ВСЁ, ДО ЧЕГО ДОТЯГИВАЛСЯ»
подробнее…

« следующая | предыдущая »

Официальный партнер «Русской премии»

Центр Ельцина

Информационные партнеры

Литературное Радио

Онлайн школа писательского мастерства

REGNUM